НФПП представил моноспектакль «Марина Цветаева» в библиотеке Алвара Аалто в Выборге

Стихи Марины Цветаевой — тот случай, когда судьба и творчество сливаются в единый, обжигающий текст. Читать Цветаеву непросто, потому что она требует от читателя той же полноты присутствия, с какой жила сама. Она писала: «В этом мире меня никто не видит, а в том — не узнает». Сегодня мы знаем: она ошиблась. Прошло время, и ее собственное пророчество сбылось: «Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед».

Марина Цветаева входит в число самых читаемых авторов в России. После завершения моноспектакля мы поговорили о его создании и впечатлениях от проекта «Звезды говорят» с актрисой Дарьей Лузиной-Ильинской и пианистом Павлом Лушаковым.

НФПП: Дарья, был ли момент, когда вы поняли: «Вот теперь я нашла свою Марину Цветаеву»? Может быть, это какая-то строка или факт биографии…

Дарья Лузина-Ильинская: Марина Цветаева была человеком очень сложносочиненным. Прежде всего это женщина, для которой даже ее дар, ее талант — тоже было испытание.

В письме другу своей юности Петру Юркевичу Цветаева писала: «Долго, долго — с самого моего детства, с тех пор, как я себя помню, — мне казалось, что я хочу, чтобы меня любили. Теперь я знаю и говорю каждому: мне не нужно любви, мне нужно понимание. Для меня это — любовь». И лично для меня это высказывание стало ключом к пониманию жизни и творчества Марины Ивановны. Это как в фильме «Доживем до понедельника», где тоже есть замечательная фраза: «Счастье — это когда тебя понимают». В этом моноспектакле мне очень хотелось так рассказать о Цветаевой, чтобы ее поняли.

НФПП: Моноспектакль — это всегда очень большая ответственность. Вы одна на сцене. Что в таком формате для вас самое трудное и что самое вдохновляющее?

Дарья Лузина-Ильинская: Все-таки я не была на сцене одна, я была вместе с замечательным пианистом Павлом Лушаковым. Вдохновила меня сюжетная линия с Сергеем Эфроном. По большому счету, это была самая главная любовь в ее жизни. Ему посвящены эти строки:

Ты, меня любивший фальшью
Истины — и правдой лжи,
Ты, меня любивший — дальше
Некуда! — За рубежи!

Ты, меня любивший дольше
Времени. — Десницы взмах!
Ты меня не любишь больше:
Истина в пяти словах.

Видимо, он просто уже устал от ее эмоций, страстей. Однако он самый близкий, наверное, самый родной человек в ее жизни — еще и поэтому я на сцене была не одна. Для себя я изначально придумала, что это будет исповедь. И после спектакля я так себя и ощущала — несколько опустошенной, — как человек после исповеди, раскаяния. Мне кажется, это был честный разговор, который, возможно, и не требует каких-то оценок.

НФПП: А атмосфера Выборга повлияла как-то на спектакль?

Дарья Лузина-Ильинская: О да! И не просто Выборга, а самой библиотеки. Здесь все удивительно: как пахнет деревом, какая здесь природа, как сочетаются дизайн и функционал — недаром библиотека, построенная по проекту архитектора Алвара Аалто, прославилась во всем мире как эталон библиотечного здания. Я думаю, что и Цветаевой здесь очень бы понравилось читать свои стихи.

НФПП: Как вы выстраивали взаимодействие художественного слова с музыкой в спектакле? Случалось ли, что именно музыкальный эпизод неожиданно менял ваше внутреннее состояние на сцене?

Дарья Лузина-Ильинская: Павел так подобрал музыку, что все эпизоды меняли мое состояние — помогали, дополняли, наполняли. Более того, у Цветаевой очень музыкальные стихи сами по себе. Не зря так много песен создано на ее произведения. Но под музыкальное сопровождение в спектакле они вообще жили какой-то другой жизнью. Поэтому музыка мне очень помогала, вдохновляла, обволакивала. Мне кажется, получилось интересно.

НФПП: В чем для вас особенность участия в проекте «Звезды говорят», по сравнению, например, с репертуарными спектаклями в театре или съемками в кино?

Дарья Лузина-Ильинская: Это все очень разное. Репертуарный театр — это, конечно, репетиции, это уверенность. Съемки — это вообще другое, когда у тебя есть несколько дублей. А здесь такой возможности не было — это живое искусство, которое рождается здесь и сейчас.

Проект «Звезды говорят» для меня уникален тем, что воплощается, я бы сказала, в ритме джаза. Это такая абсолютная, и в том числе музыкальная, импровизация. И он, конечно, очень живой. Это похоже на то, когда ты договариваешься о встрече со своим другом и у тебя столько всего, что нужно рассказать, но ты не знаешь, как пойдет этот разговор, в каком настроении придет этот человек. Ты просто рад, ты открыт, а дальше могло все пойти непредсказуемо. И были какие-то моменты, когда я вообще делала не так, как я себе придумывала заранее. Поэтому «плелось» такое кружево в реальном режиме. Проект замечательный. Мне кажется, он и для зрителей очень ценный, потому что камерность располагает к более глубокому погружению. И для актеров, конечно, это очень интересно.

НФПП: Дарья, как вы думаете, зачем сегодня современному человеку нужна встреча с Цветаевой в живом, театральном формате, а не только на страницах книг?

Дарья Лузина-Ильинская: Читая произведения выдающихся писателей и поэтов или слушая музыку известных композиторов, не зная их биографии, мы воспринимаем их опираясь на свой опыт, собственные чувства и эмоции, личные переживания, а познакомившись с историей человека, понимаешь смысл сочинений по-другому. И это уже не просто лирика — это оголенный нерв, боль, терзания души как в положительном смысле, так и в отрицательном. Когда человек не может молчать, он мучается от этого и изливает свои мысли и чувства в литературе, музыке, изобразительном искусстве… Поэтому, мне кажется, такой современный театральный сторителлинг обогащает зрителей.

НФПП: Павел, раскройте секрет, как составлялась музыкальная программа для моноспектакля «Марина Цветаева»?

Павел Лушаков: Выбор музыки — это всегда процесс достаточно длительный. Сперва нужно глубоко погрузиться в сценарий, в смысл всего проекта, дополнительно, конечно, ознакомиться с биографией человека, и дальше, уже все проанализировав, подбирать музыку. Конечно, в первую очередь, я отталкиваюсь от текста. Очевидно же, если речь идет о смерти героев, то музыка будет минорной. Кстати, немаловажную роль играет то, как читает актер. В проекте «Звезды говорят» я участвую с самого начала показов цикла моноспектаклей о легендарных деятелях Серебряного века. Все актеры очень талантливые, интересные, но каждый читает со своей интонацией, со своей отдачей, со своим прочтением. И это тоже влияет на музыку. С Дарьей Лузиной-Ильинской у нас была всего одна репетиция в Москве, где мы наметили музыкальную составляющую программы. После я ее доработал и, надо сказать, большую часть музыки поменял.

НФПП: Появилась ли у вас в ходе работы над проектом музыкальная ассоциация с Мариной Цветаевой?

Павел Лушаков: Не думаю, что могу выбрать какую-то конкретную музыкальную аллегорию. Буду откровенен, лично для меня образ Цветаевой несколько неоднозначный. Некоторые разделяют характер человека и его творчество. Мне это сделать довольно сложно. Для меня очень важна моральная составляющая человека, поэтому я и его творчество воспринимаю через жизнеописание. Какой-то конкретной музыкальной ассоциации с Цветаевой у меня нет, однако могу сказать, что с особым трепетом я исполнил в постановке этюд Александра Скрябина, который по настроению очень лиричный и трагичный, посвященный смерти его старшей дочери в семилетнем возрасте. Пожалуй, в этот момент я как-то особенно погрузился в музыку и прочувствовал ее.

НФПП: А есть ли в спектакле моменты, когда вы сознательно спорите с текстом, не иллюстрируете его, а играете на контрасте?

Павел Лушаков: В «Марине Цветаевой» такого не было, но, в принципе, такое бывает. В этой постановке скорее можно сказать, что выстраивался диалог не столько с текстом, сколько с Дарьей. Согласен, что это импровизация. Конечно, мы заранее оговорили, в каких местах будет звучать музыка, какая музыка, но в момент выступления все может пойти совершенно иначе. У актрисы, например, возникнет какое-то внезапное вдохновение, какие-то новые интонации, которых не было на репетиции. И мне, конечно, тоже нужно это уловить, как-то синхронизироваться. С творческой точки зрения это очень увлекательно. Так что главный секрет в том, чтобы слушать и слышать друг друга. Действительно, счастье — это когда тебя понимают.

НФПП: Такой подход не выбивает вас из колеи эмоционально?

Павел Лушаков: Наоборот — становится только интереснее, потому что иначе это не было бы творчеством. Обязательно должно быть живое взаимодействие и с партнерами по сцене, и со зрителями.

НФПП: Что бы вы хотели, чтобы зритель «унес» с собой после такого вечера?

Павел Лушаков: Конечно, хочется, чтобы зрителю понравилось наше исполнение, чтобы был какой-то отклик в душе. Хуже всего, наверное, безразличие, когда пришел, посмотрел, ушел, как будто ничего и не было. А если задело, значит, все было не зря.

Напомним, в рамках проекта «Звезды говорят» НФПП проводит моноспектакли в разных городах России: известные актеры знакомят зрителей с интересными фактами из жизни гениев Серебряного века. Каждый моноспектакль уникален; ни один из них не повторяется. Также при поддержке НФПП издана коллекция аудиокниг «Звезды говорят». Среди героев повествований — Михаил Булгаков, Анна Ахматова, Александр Блок, Марина Цветаева, Константин Бальмонт, Александр Таиров, Александр Скрябин, Сергей Рахманинов, Вера Комиссаржевская, Сергей Дягилев.